Отпуск в тюленарии
на Байкале у маяка Турка: история подписчицы

Вакансию Елена не искала — её позвал друг. Егор руководит тюленарием и развивает в округе деревенский туризм. Он предложил Елене помочь ему в сезон, а заодно отдохнуть и сменить обстановку.

Она взяла отпуск, который копился на основной работе, и поехала. А один из главных аргументов «за» был вовсе не про нерп: рядом с тюленарием стоит маяк. Маяки Елена очень любит — но о них чуть позже.

Байкальская нерпа — эндемик: она живёт только в Байкале и больше нигде в мире. Это единственное млекопитающее озера и один из немногих тюленей, которые приспособились к пресной воде. По примерным оценкам, в Байкале живёт около 128 тысяч нерп.

Взрослая нерпа весит от 50 до 130 кг и вырастает примерно до 1,6 метра. Живут нерпы долго — больше 50 лет. Под водой они разгоняются до 25 км/ч, ныряют на глубину до 200 метров и могут не дышать дольше часа. А глаза у байкальской нерпы самые большие среди её родственниц.

Нерпята появляются на свет в конце зимы, в феврале–марте, прямо на льду — в снежном логове, которое мама устраивает под сугробами. Мех у малышей белый, поэтому их называют бельками: на снегу их почти не видно. Молоко у нерпы очень жирное, до 60%, так что детёныши быстро набирают вес. А ещё нерпа умеет «ставить беременность на паузу»: если условия неблагоприятные, развитие зародыша задерживается.

В неволе нерпы размножаются с большим трудом. Первый в мире нерпёнок в неволе родился только в 2010 году в иркутском нерпинарии — и выкармливать его пришлось сотрудникам: у мамы так и не появилось молоко. Поэтому в нерпинариях живут в основном нерпы, которые попали к людям ещё малышами, — как и в тюленарии, где работала Елена.

Команда живёт в поселке Соболиха. Утром — подъём и завтрак, потом тренеры готовят рыбу для нерп на весь день. Дальше все едут в гавань. Тюленарий открывается в 10–11 часов, и к этому времени, как говорит Елена, всё должно быть готово — «включая нас».

Перед открытием включают свет, тихую музыку и вентиляцию. Без неё никак: нерпы живут под куполом, а он за день хорошо прогревается на байкальском солнце. Потом все проверяют, как себя чувствуют нерпы, и расходятся по местам.

Место Елены в этом сезоне — у входа. Она встречает гостей, продаёт билеты и объясняет правила: важно, чтобы безопасно было и людям, и нерпам. Главное правило — трогать и гладить нерп нельзя.

Мы были уверены, что нерп кормят рыбой прямо из Байкала. Оказалось, нет: её много лет закупают у одних и тех же проверенных поставщиков. Это селёдка, горбуша и минтай — по составу они похожи на байкальскую рыбу. Правила тут строгие:

1. Если рыбка хоть чуть-чуть окислилась, нерпе её уже не дадут.
2. Всё, что нерпа не доела за день, выбрасывают. Перемораживать рыбу или оставлять её на завтра нельзя.
3. У каждой нерпы своя дневная норма, её считают по возрасту и весу.
4. Рыбу готовит тот, кто сам работает с нерпой, и обязательно в чистоте.

«Очень важно, чтобы они были сытыми. И так же важно, чтобы они не переедали», — объясняет Елена.

Больше всего Елену удивили тренировки. Она говорит, что ехала с привычным представлением о дрессировке через строгость и силу, и оказалось, что всё совсем не так.

Тренируют байкальских нерп для здоровья, а не для представлений. Так их берегут от стереотипии — это когда животное снова и снова повторяет одни и те же движения без всякой цели. Обычно так проявляются скука и стресс, а там недалеко до депрессии и болезней.

Команды самые простые. За короткое время малыши научились крутиться на месте, знать своё место, «целовать» тренера в щёку и махать ластой «привет» и «пока». Учат их только жестами и рыбкой — исключительно.

Нерп здесь четыре: три самца и одна самка. Главной звездой сезона стал Джереми — посетители ласково прозвали его Уф. А некоторые молодые нерпы до сих пор попрошайничают, как новорождённые малыши: издают звуки, которыми детёныши просят у мамы молока.

Как же они сюда попали? Елена рассказывает, что до середины 1960-х нерпа была промысловым животным: в год добывали до 7 тысяч голов. Теперь Байкал входит в список наследия ЮНЕСКО, и охотиться на нерпу разрешено только малочисленным коренным народам, в том числе эвенкам. У них и выкупили нерп для тюленария.

Пожив рядом с людьми, такие животные уже плохо справляются в дикой природе. Поэтому тюленарий — не реабилитационный центр, откуда нерп потом выпускают. Здесь их содержат и о них заботятся, а ещё рассказывают детям и взрослым о Байкале и его жителях.

Дома у Елены уже живут три наших модели: Канадский, Анапский и Токаревский маяки. Два из них она видела вживую и даже трогала руками. Теперь в списке настоящих маяков появился и Турка.
Маяк Турка на Байкале -- тот редкий случай в России, когда к маяку можно не только подойти близко, но даже подняться на башню — из его окон открывается прекрасный вид на Байкал. Маяк в Турке построили в 2014 году, его высота — 25 метров. В домике у маяка работает кофе «Дыхание Байкала».

И наша деревянная модель для сборки маяка Турка тоже побывала на Байкале, благодаря Елене — и у бассейна с нерпами, и на набережной рядом с настоящим маяком.

Следующая мечта Елены — маяк Анива на Сахалине. Ей хочется ощутить атмосферу старого спящего маяка, увидеть «эту глыбу» своими глазами и, конечно, пополнить коллекцию. Модель Анивы у нас есть — пусть дождётся своей поездки 🙂